Бекишев К. О.
Кокшетауский университет им. А. Мырзахметова, г. Кокшетау
Ахметова Г. Б.
Кокшетауский университет им. Ш. Уалиханова, г. Кокшетау
Bекishev kuandyk@mail.ru
Научные интересы Валиханова были широкими. Он ввел в научный оборот много самых различных источников – архивных документов, собранных в Омском областном архиве, рукописей восточных авторов, вывезенных им из Кашгара и приобретенных в казахских степях, преданий и легенд, эпиграфических надписей. Ольга Владимировна Хузе, финка по национальности, перенесла блокаду Ленинграда. Она – литератор, переводчица родом из Петергофа. В своих письмах эта интеллигентная женщина, дворянка по происхождению, разыскивала людей, которые бы смогли стать проводниками в ее поисках правды о том времени, и ей порекомендовали Естая Мырзахметова. Так завязалась удивительнейшая переписка, — вспоминает дочь писателя Замзагуль Естаевна. Ольга Владимировна Хузе пишет: «…Кстати сказать, советские историки Киргизии, пишущие о присоединении первых племен киргизов к России в 1856-1857 гг., весьма ценят Уалиханова, ссылаются на его работы о киргизах. Казахские исследователи весьма путано пишут об его участии в экспедиции Черняева, а киргизские историки приводят весьма любопытный факт: Шокан по своему настоянию отправился парламентером в крепость Аулие-Ата перед ее штурмом, стремясь предотвратить ненужное кровопролитие. И хотя эта его попытка была безуспешна ( ни Черняев, ни коканцы не склонны были к переговорам), но сам факт значителен для позиции Шокана. Автор подчеркивает стремление Шокана утвердить абсолютное равенство интеллекта всех народов в поступательном развитии человечества( это абсолютно актуально и в наше время, пока существует на земном шаре пережитки расизма)… .»[ 18: 4] Ч. Валиханов, говорится в отчете Русского географического общества за 1865 г., «…тщательно записывал предания, легенды и поэмы своего народа, изучал среднеазиатские наречия, дорогою ценой скупал древности, находимые туземцами в старых развалинах и могилах, с опасностью для жизни проникал в буддийские монастыри и доставал там редкие рукописи» [1: 4].
Ч. Валиханов, выступая на заседании отделения этнографии Русского Географического общества (16 марта 1861 г.) обратил внимание отделения на необходимость изучения народной словесности кочевых татарских народов, обитающих в России, по тесной связи с русскими и вообще индоевропейскими памятниками этого рода, по его замечанию, обнаруживается решительное влияние русской народности. В преданиях киргизов, прибавил Ч. Валиханов, сохранились имена Ивана Калисты (Калтаны Иман – Иван Калиста), Михаила Тверского (Карт Михаил – Старый Михаил) и тому подобные намеки и указания [2: 6].
Для изучения кочевых народов – киргизов и казахов, по мнению ученого, особую важность имели их легенды, эпос, фольклор, предания, песни. «Главным источником для истории народов кочевых, — писал Ч. Валиханов в одной из своих работ о киргизах, — вообще племен, не имеющих письмен, были и будут полубаснословные их легенды и отрывки известий из летописей цивилизованных народов, с которыми они имели столкновения [3: 6], прежде всего с Китаем, арабами».
Таким образом, Чокан Валиханов стремился привлекать сведения, заимствованные из самых различных источников, перепроверять и сравнивать их. «Согласовывать сказания одного со сказаниями другого, чтобы иметь связь и последовательность, составляет труд если не неодолимый, то, по крайней мере, тяжкий и почти невозможный без предположений и догадок…хронографические изучения современных кочевых народов, их быта, обычаев, преданий и языка представляет второй вспомогательный источник, который может служить в разъяснении первого», т.е. письменных источников соседних оседлых народов [4: 8].
Анализируя и сопоставляя факты, молодой исследователь сумел в калейдоскопе событий в исчезавших и появляющихся названиях различных этносов и народов понять, что народы и государства их, как правило, «не исчезали», но продолжали существовать под другими именами. Этносы и племена, записывает он, «беспрестанно меняя места своих кочевок, являлись под разными именами: то под родовым названием своего поколения, то пол коллективным именем сильного, влиятельного рода. Одно племя усиливалось, соединяло все другие и давало им свое имя. Таковы были союзы племен – хунны, ойхары и монголы. Миграция одного поколения, стесненного другим, порождала всеобщее движение, всеобщую перемену кочевок…Части разных поколений, увлеченные потоком общего движения, смешивались с другими поколениями и являлись на противоположных краях от старых своих кочевок» [5: 8].
Ч. Валиханов своей главной задачей считал поиск и осмысление материала, предоставляя последующим поколениям судить и оценивать прошедшее. Поэтому он был осторожен и нетороплив в своих выводах и обобщениях.
В Валиханове удачно сочетались способности текстолога и мыслителя. Много сил и времени ученый уделял работе над переводами рукописей средневековых авторов, критическому комментированию и обобщению добытых кропотливым трудом сведений. После возвращения из путешествия в Кашгар Ч. Валиханов приступает к переводу привезенных оттуда сочинений, в частности «Тарих – и Рашиди», написанную визирем Кашгарского хана Абдал-Рашид Мухаммадом Хайдаром доглатом. Изложение исторических событий в этом сочинении начинается с описания жизни основателя Могульского государства в Восточном Туркестане и ревностного пропагандиста ислама Туглук-хана и заканчивается освещением события, происходивших в этой стране в середине XVI столетия.
«Тарих – и Рашиди» — пишет Ч. Валиханов, — разделяется на два отдела: первый заключает [историю отрасли Джагатаидов, происшедших от Туглук-Тимур-хана], вторая часть содержит обстоятельства [из жизни] самого автора: то, что слышал, видел о ханах и султанах джагатайских, о узбеках и о неприятностях, которые имел он от своих родственников – ханов [6: 10]».
Чокан сделал свободный перевод и составил комментарии отдельных мест из персидского и кашгарского текстов этого сочинения. Основываясь на данных этой рукописи, привлекая и другие материалы, Ч. Валиханов составил генеалогическую таблицу могульских правителей, сделал схематическую карту Могулии, автограф которой сохранился. Эти и другие переводы Чокана Валиханова не закончены, поэтому встречаются ошибки при их переводе. Много и с увлечением Чокан Валиханов работал над проблемой этногенеза казахского народа.
«В его трудах, — писал казахский этнограф Э.А. Масанов, — мы находим исключительное богатство оригинальных и разносторонних глубоких мыслей и идей, выводов, интереснейших гипотез, фактических сведений, не утративших своего значения для науки и по настоящее время» [7: 10].
В своих рукописях и печатных трудах «Киргизские родословия», «Предания и легенды Большой киргиз-кайсацкой орды», «Очерки Джунгарии», и других исследованиях он пытался разобраться в этом сложном и малоизученном вопросе. «Народность киргизская, — с горечью констатирует ученый, — не была никогда предметом серьезного ученого исследования»[8: 10].
Будучи еще воспитанником Кадетского корпуса, юноша в письме к профессору восточного факультета Казанского университета Н.И. Березину высказал мысль о том, что казахский народ «образовался от союза разных племен турецких и монгольских во время междоусобий в Орде, начавшихся тотчас после смерти Бердибека [9: 3], а не народ древний, о котором писал Фирдоуси».
«Каждый потомок Батога, хотел быть ханом и иметь народ: так я думаю, образовалось ханство Крымское, Казанское, Орда Чорайгиновская, союз узбеков-шейтбанов и казаков» [10: 15].
К этой идее Чокан неоднократно возвращается позже, дополняя и уточняя ее. В «Киргизской родословии» он формулирует эту мысль более отчетливо: «В смутные времена, предшествовавшие основанию ханств Казанского, Крымского и Астраханского, первые племена золото-ордынские и джагатийские, раздробленные и разбросанные грабительскими смутами в разные стороны страны, для обеспечения своих прав в местах своего кочевья составляли союзы и, пригласив какого-нибудь принца Чингизовой крови, провозглашали его ханом. Таким образом, из разноплеменных родов составлялись политически отдельная община,…независимо (от их происхождения). Так основались и утвердились орды…ногайская – в Сарыарке, Могул-улус – в Ташкенте и казак – в степях Засейхунских» [11: 16].
В «Истории Казахской ССР с древнейших времен до наших дней» говорится: «Сопоставление наименований и мест расселения племен и племенных объединений, населявших территорию Казахстана в домонгольское и послемонгольское время показывает, что при всех передвижениях населения, обусловленных нашествием монголов, образованием улусов, феодальными усобицами, при всех тяжких последствиях монгольского ига для экономики и культуры края восходящая, интегрирующая линия в этических процессах постепенно возобладала и казахская народность складывалась в основном из автохтонных в массе своей насельников этой территории» [12: 16].
Таким образом, Чокан Валиханов, верно подметив существенную роль миграций в образовании казахской народности, а также политических катаклизмов, сотрясавших владения бывшей империи Чингис-хана, недооценил влияние внутренних факторов.
Прослеживая истоки начального этапа формирования казахской народности, Валиханов изучал сочинения восточных авторов – Джувейни, Рашид ад-дина, Абул-Гази, Кадыр-Али-бия Джалаири, труды европейских и русских ученых – Абель-Ремюза, Банзарова, Бичурина, Григорьева, Казем-Бека, Рычкова, Татищева и др.
Сопоставляя свидетельства разноязычных источников с данными казахского фольклора и эпоса, он составляет генеалогические таблицы, в том числе несколько родословных казахских ханов и султанов. Ученый приходит к интересному заключению, что порядок рода подразделения у кочевников был обусловлен правом «физического первородства предка…, посему форма отношений орд к ордам и родов одной орды между собою соответствует правам кровного братства, а отношения родов к своей орде – отношению сына к отцу, к старшему роду старшей орды – отношением племянника к дяде» [13: 17].
Исследование этногенеза казахского народа позволило Ч. Валиханову исправить ошибку, довольно распространенную среди историков, в понимании значения термина «Золотая орда», которое воспринималось как название государственного образования. Слово «орда», считает Валиханов, «означало в обширном смысле место столицы хана, в тесном – его ставку (синонимом последнего является «Ак-орда» в Асане). Золотая Орда – золотой шатер и юрта, в которой сидел хан; впоследствии оно обратилось в название ставок городских, где жили ханы…»[14: 17].Причем эти орды, подчеркивает Валиханов, «общего народного названия, как можно догадаться, не имели, каждое племя сохраняло свое название, например: кунраты, найманы, кипчаки и аргыны и проч.» [15: 17].Это очень ценное наблюдение, свидетельствующее о глубоком понимании ученым внутренних, ускользающих от многих европейских ученых, особенностей устройства кочевых обществ. [16: 18].
О всесторонности ученого, благодаря чему он внес весомый вклад и в историяграфию Мировой и Отечественной истории, свидетельствуют воспоминания его современников и друзей. Характеризуя натуру своего друга, крупный исследователб Сибири, публицист Н. М. Ядринцев писал: «… стройная фигура его и манеры были необыкновенно изящны, в них было что-то женственное, ленивые движения его придавали ему вид европейского сибарита и денди. Все это производило впечатление, узенькие глаза его сверкали умом, они смотрели как угольки, а на тонких губах всегда блуждала ироническая улыбка, это придавало ему нечто лермонтовское и Чайльд-Горальдовское. Разговор всегда отмечался остроумием, он был наблюдателен и насмешлив,- я редко встречал человека с таким острым, как бритва языком»[17: 2]. В его мечтах было совмещение своей народной самобытности с европейским просвещением». Эту же мысль подчеркивала газета « Дала уалаятының газеті», опубликовавшая в № 18 за 1894 год статью к 60-летию Ш. Уалиханова: «Он был мужественным защитником интересов России и в то же время боролся за развитие, за освобождение от невежества народов Азии». По итогам Кашгарского путешествия (1856 ) Ш. Уалиханов написал статьи: «О западном крае Китайской империи», «Дневник поездки в Кульджу», «О торговле в Кульдже и Чугучаке». В каждом из этих научных трудов чувствуется зрелый исследователь. В « Дневнике…» Ч. Валиханов поделился ценными путевыми впечатлениями, сведениями об административном управлении краем, самоуправлении городов Восточного Туркестана, истории культуры и быта разных этносов Западного Китая – уйгуров, сибо, солонов, калмыков и других, об их историко-культурных взаимосвязях с древности и до середины XIX века. Статья « О западном крае Китайской империи» написана на основе анализа китайских и центральноазиатских источников. Здесь молодой ученый описал политическую историю Восточного Туркестана с эпохи древности до завоевания его Цинской империей и описал административное устройство края. А в статье « О торговле в Кульдже и Чугучаке» Ч. Валиханов знакомит нас с историей торговли России с Китаем в первой половине XIX века. Кроме того статья содержит интересные сведения о торговле в казахской степи и извозном промысле казахов. Тем самым Ч. Ваиханов внес весомый вклад в историографию Мировой и Отечественной истории. Значительный вклад он внес и в картографию исследованных им территорий. По мнению географов, интерес вызывают карты Центральной Азии, сделанная Чоканом на страницах одного из его дневников. Это была первая достоверная карта Кашгарии и граничащих с ней районов [19: 14]. Шокан верил в светлое будущее своего народа, гордился его поэтической духовностью, неиспорченными цивилизацией нравами, данными от природы способностями. Об удивительных особенностях казахского народа писали и ссыльные прогрессивные деятели науки и культуры. Адольф Янушкевич – участник польской революции 1831 года, отбывший 25-летнюю ссылку в Сибири, тесно общавшийся с казахами, пишет: «Народ, который одарен Творцом такими способностями, не может остаться чуждым цивилизации: дух его проникнет когда-нибудь в казахские степи, и придет время, когда кочующий сегодня номад займет почетное место среди народов, которые нынче смотрят на них сверху вниз». Лучшие умы прошлого, в том числе Ш. Уалиханов, не ошиблись. Пришло то время. Сейчас мы гордимся тем, что на долю нашего поколения выпало счастье стать гражданами суверенного, независимого, процветающего государства, завоевавшего доверие у Мировой Общественности стать золотым мостом между Западом и Востоком. Заключая данную статью, можно констатировать, что также как и Ч. Валиханов предполагал, более глубокое и многогранное исследование проблемы формирования казахской нации из конгломерата множества племен и народностей, также как и историографию истории, связанной с мировой цивилизацией, казахского народа, оставляем на дерзание и суждения будущих молодых ученых. Ш. Уалиханов горячо любил свой народ, был образованнейшим ходатаем простонародия, как это ему завещал его друг и старший советник Ф. М. Достоевский, был горячим поборником дружбы казахского и русского народов. В этом мы видим его гуманизм, присущим, по оценке А. Букейханова, эпохе Возрождения, его патриотический пафос.
Литература:
1. Отчет русского географического общества за 1865 г. Спб., 1866, с. 10
2. Собрание сочинений Ч.Ч. Валиханова в пяти томах. – Алма-Ата; Главная редакция Казахской Советской энциклопедии: Том 5. 1985. С. 114
3. Валиханов Ч.Ч. Записки о киргизах. – Собрание сочинений., Т.1, с. 346
4. Валиханов Ч.Ч. Собрание сочинений. Т. 1, с. 346-347
5. Вадиханов Ч.Ч. Собрание сочинений, Т. 1, с. 346, 360
6. Валиханов Ч.Ч. Собрание сочинений, Т.1., с. 438
7. Масонов О.А. Очерк истории этнографического изучения казахского народа в СССР. Алма-Ата, 1966 г., с. 152
8. Валиханов Ч.Ч. Собрание сочинений, Т. 1., с. 388
9. Один из последних ханов Западной Орды (1357-1359 гг.)
10. Валиханов Ч.Ч. Письмо профессору И.Н. Березину. – Собрание сочинений, Т. 1, с 122
11. Там же, с. 205.
12. История Казахской ССР с древнейших времен до наших дней: в пяти т.
Алма-Ата, 1979, т.2, с. 247-248.
13. Валиханов Ч.Ч. Собрание сочинений, Т.1., с. 203
14. Там же, с. 124
15. Там же, с. 124-125
16. Интересное исследование этимологии названий кочевых государств Казахстана посвятил В.П. Юдин. См.: Орды: Белая, Синяя, Серая, Золотая. – В кн.: Казахстан, Средняя и Центральная Азия в XVI-XVIII вв. Алма-Ата, 1983 г.
17. Толегул Госман. Великий сын великой степи: К 175-летию Шокана Уалиханова / Толегул Госман // Акмолинская правда.-2010.-3 августа.- С. 2.
30
18. Мякота А. Когда пишешь сердцем, его услышат: Готовиться к изданию Абая Мырзахметова «Древняя история Кокшетау»- об исторических личностях Кокшетау / Мякота А. // Акмолинская правда.-2011.- 18 января.-С.4.
19. Ермекбай Ж. Яркая судьба Чокана: О географе, этнографе, историке, фольклористе Ч. Валиханове.-/ Ермекбай Ж. // Казахстанская правда.-2012.-12 октября.- С.14.