РОЛЬ ХАРИЗМЫ (КУТ) В ТРАКТАТЕ ЮСУФА БАЛАСАГУНИ «КУТАДГУ БИЛИГ»

Набиуллина Анна Венеровна*

1069-1070 году Юсуф из Баласагуна представил правите-лю государства Караханидов Тавгач Буграхану дидактическую поэму «Кутадгу Билиг» («Знание, что дарит харизму»), а по су-ществу — политический трактат. В нём сформулированы прин-ципы организации высшей власти и нормы морали правителя. Поэтическая форма была традиционным эффективным сред-ством пропаганды в исламской и степной цивилизации [Lewis 1991: 10]. «Кутадгу Билиг» является богатым источником све-дений о политической традиции государства Караханидов (9-13 вв.) и других тюрко-исламских государств.

этом трактате осуществляется попытка согласовать по-литические традиции евразийских кочевников и ислама. Кроме того в тексте мы обнаруживаем влияния персидской, согдий-ской и также буддистской культур. В этом смысле примечатель-но, насколько богата синонимия для выражения понятий сча-стья и харизмы.

Чаще всего в значении «счастье», «харизма», «небесная благодать» употребляется древнетюркское слово кут. Произ-водное слово кутадмак имеет значение «спасти», «осчастливить», «кутулмак» — спастись, осчастливиться. Термин кут часто употребляется в Орхонских надписях. В 9 строке малой (южной) надписи памятника Кюль-Тегину читаем: «По приказу Тенгри и так как у меня есть харизма, я стал каганом» (Täŋri jarlïkadukïn üçün, özim qutïm bar üçün) [Малов 1951: 31]. Кут здесь — харизма, которую Небо-Бог посылает человеческому существу, в частности суверену. У этой харизмы были две ос-новные роли: 1) охрана жизни суверена, 2) обеспечение благо-получия социума [Скрынникова 1997: 153]. Но помимо этого, нередко в абсолютно том же значении Юсуф Баласагуни ис-пользует слово арабского происхождения девлет. Изначальное значение этого слова — нечто вращающееся, в частности коле-со фортуны (подробнее о семантике этого слов у Lewis 1991: cc. 35-36).

значении «фортуны» используется тюркское слово evren, также изначально означающее вращение и небесную сферу. Та-ким образом в «Кутадгу Билиг» используется буквально тюрки-зированное понятие «девлет».

И ещё одно слово, которое используется в «Кутадгу Би-лиг» в значении счастья, радости — согдийский термин «эрей». Близко к указанным терминам и слово «ülüş», означающее бук-вально «удел», то есть судьбу (ср. рус. «юдоль»). Слово ülüş оз-начает также «часть», меру власти, что часто означало и меру богатства. Богатство в степной культуре было соизмеримо с ха-ризмой и счастьем.

Представления о харизме суверена являлись одним из ос-новных условий признания/легитимности его власти. Поэма, состоящая из 6645 бейтов (двустиший) дает богатый матери-ал для изучения этих представлений. Хотя правитель является носителем высшей харизмы, его визирь как инструмент власти правителя олицетворяет в «Кутадгу Билиг» харизму правите-ля и служит средством для описания свойств харизмы. Его имя Ай-Толды («полный месяц») выбрано исходя из того что пол-нолуние у тюрков считалось переломным периодом, наиболее благоприятным и к тому же связанным со счастьем. Например, по одному из алтайских поверий, в полнолуние не разрешалось давать огонь из дома другим людям, иначе можно было поте-рять счастье, ирис [Гемуев 1988: 50].

Кому может принадлежать счастье
Поскольку мы говорим о кут/девлет прежде всего как о по-литической харизме, она принадлежит успешному правителю, который сам является её воплощением.

109 Господь дал тебе харизму, о bayat bérdi devlet ay terken qutı
счастливое величие, воздай тысячу anıñ şükri qılğu oqıp miñ atı
благодарностей его имени.

Харизма — инструмент власти, которым бог наделяет правителя для исполнения им обязательств. Следовательно, власть является богоизбранной. Это важнейший фактор политического признания. Говоря об этом бейте, надо заметить, что понятие «трон» использовано здесь фигурально и, как свойственно исламской традиции, означает власть в целом [Lewis 1991: 20].

92 Судьба дала ему страну и дала bolu birdi evren ilig birdi taht
трон, пусть бог даст ему держать tuta birsü tengri bu taht birle baht
этот трон со счастьем.

Ай-Толды характеризует счастье (и одновременно самого себя) так: «…я, счастье, как слепой, цепляюсь за всякого, кто бы ни присоединился ко мне […] моя природа непостоянна, не полагайся на меня» [Dankoff 1983: 61, бейты 657-667]. Это яркая демонстрация метафоры счастья-колеса. Действитель-но, непостоянство счастья-харизмы — одно из основных его качеств. Об этом говорит уже то, что большая часть бейтов с упоминанием слова кут — о том, что счастью нельзя доверять. Примеры (слева от стихов указаны номера бейтов):

1332 Не полагайся на жизнь, потому что tayanma tiriglikke tüş teg keçer
она проходит, как сон. Не доверяй küwenme kıwı kutka kuş teg
предательской фортуне — она uçar
улетает, словно птица.
669 Кут не останавливается, как akar suw yorık til bu kut turmadı
текущая вода или искусный язык, ajun tezginürler yorıp tınmadı
которые катятся по миру, не
отдыхая.

одном из бейтов при описании непостоянства счастья используется знакомый и понятный тюркам образ «бурой земли»:

1144 Когда храбрый человек утешается yayığ kutka awnıp küwenür kür er

и полагается на переменчивую yağız yér katında yürekin yérer
фортуну, под бурой землей
разобьется его сердце.Такое непостоянство счастья должно было мотивировать правителя следовать определенным принципам.

724 Если не умеешь удержать фортуну, kelir kut tuta bilmese sen barır
что пришла, она уйдет. Если не bérür neñ yéyü bilmese sen alır
умеешь пользоваться выгодой, что
она приносит, она её отберет.

Автор поэмы намекает, что так как харизма не является постоянной, её необходимо уметь «удержать», быть достойным её. Перед правителем выдвигается ряд определенных требований. Для степной политической культуры, где правитель — самодержец, это было не свойственным. Для Юсуфа Баласагуни, который стремится навязать своё близкое исламскому видение образа правителя, дело обстоит иначе. Правитель должен заботиться о государстве, чтобы его харизма возрастала. Он пишет:

Он так рачительно начал заботится о государстве, что его харизма росла и возносилась вверх каждый день.

bu saqlıq bile kör élin başladı qutı künde arttı örü yoqladı

При этом сам правитель является настолько сильным носителем харизмы, что практически воплощает её в себе.

105 Если кто хочет необманчивую, cefasız vefalıg tilese qutun
настоящую харизму, да посмотрит yüzi kör qılınçı vefa ol bütün
на его лицо, в нём [отражается]
весь его характер.

Поэтому часто к правителю обращаются как к священной харизме, как к самому воплощению счастья:

776 Ай Толды сказал: О, княжеское bu ay toldı aydı ay ilig kutı
счастье, когда ты со мной так meniñ sözlegüke özüm yok şatı
заговорил, мне лично не хватило
смелости.

Правитель, воплощающий счастье, может передавать его своим подданым через физическое присутствие:
606 Харизмой есть тот князь, а если человек kut ol beg yakın
близко к харизме, он найдет все желания, а bolsa kutka kişi
его дело будет в порядке. tilekin bulur barça
étlür işi

Такое видение харизмы (см. также бейт 105), которую

правитель распространяет на подданых, свойственна исламскому восприятию власти — «горизонтальному», когда приближенность к правителю значит больше, чем знатное происхождение [Lewis 1991: 23].

Харизма передается и по династическому принципу, так как сын визиря, который готовится унаследовать титул, говорит:

1244 Он создал тебя и дал тебе séni ol törütti saña bérdi kut
харизму. Разве он не даст и мне maña bérmegeymü munu sözke
[то же самое], поверь моему büt
слову.

Из процитированного выше бейта следует, что харизма мо-жет принадлежать не только правителю, но и его окружению.

степной культуре харизма принадлежит правящей династии. Вот почему в Орхонских надписях кут принадлежит матери Кюль Тегина. В 31 строке большой надписи каган говорит: Ради харизмы моей матери императрицы (катун), подобной Умай, мой младший брат Кюль Тегин получил мужское имя (umai tag ogim katun kutynga inim Kul tegin ar at bolty). Мы первые, кто переводит слово кут в данной строке как «харизма». Сер-гей Малов переводит этот пассаж как «на радость». Катун здесь — источник харизмы, благодаря которой Кюль Тегин получил мужское имя.

Об атрибутах харизмы
Атрибуты харизмы — определенные символы, которые сопутствуют харизме в произведении Юсуфа Баласагуни. Эти символы — либо условия для обретения харизмы, либо индикаторы её присутствия.

Например, одним из таких атрибутов является красноречие. Именно в степи оно было важным фактором правительской харизмы, так как беги государством управляли через устные ярлыки.

163 Достоинства человеческого языка kişig til ağırlar bulur kut kişi
приносят человеку счастье, а недостатки kişig til uçuzlar barır er başı
— лишают мужа головы.

Как представитель образованного класса, который находится под влиянием исламского мировоззрения, Юсуф Баласагуни постоянно апеллирует к моральным качествам бега в том числе как к одному из условий харизмы.

455 Что за счастливое время наступает ne qutluğ bolur öd bodunqa küni
для народа, если его бег добр и begi edgü bolsa yorısa köni
ведет себя праведно.
865 Человеку нужна праведность, könilik kerek erke kopsa kutun
чтобы он достиг счастья. Само könilik atı ol kişilik bütün
слово «праведность» означает всю
человечность.

обоих бейтах видим слово с корнем köni, обозначающим понятие «правый», «справедливый». Справедливость являет-ся одним из важнейших качеств «идеального правителя» как в исламской, так и в степной культуре. В исламской парадигме есть определенные взаимные ожидания между правителем и подданым. От первого ожидается, что он будет руководствоваться справедливостью. Бернард Льюис утверждает, что понятие о справедливости является центральным в исламском дискурсе. Хотя определение справедливости постоянно менялось, оно было основой правителя и противоположностью тирании [Lewis 1991: 70]. В нашем источнике для обозначения справедливости употребляются слова törü и könilik.

Таким образом, из политического трактата «Кутадгу Билиг» можно почерпнуть массу сведений об образе харизмы среде тюрков, которые приняли ислам, но сохранили часть степных политических традиций. Харизма имеет исключительную природу и распределяется неравномерно: высшая харизма принадлежит правителю, и она обосновывает его абсолютную власть. По сути концепция харизмы является основой понимания власти. Мы видим, что понятие харизмы и счастья правителя было универсальным — поэтому для его определения используются столь разнообразные термины из древнетюркского, арабского и даже согдийского языков. Сравнивая Орхонские надписи и «Кутадгу Билиг», мы можем заметить, какие изменения претерпело видение харизмы с принятием ислама тюрками.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *